Радостно

О преподавании литературы в школе

Сегодня я хочу повозмущаться школьной программой по литературе. Давно хотела, да вот руки как-то не доходили. Но вот сегодня открыла учебник - и всё! Не могу молчать! Кто не спрятался,я не виновата.
Collapse )
Радостно

Ф.Перлз. Внутри и вне помойного ведра

Дочитала «автобиографический» труд Фрица Перлза «Внутри и вне помойного ведра». Я взялась его читать с тайной надеждой понять, что же это такое — гештальт-психология, гештальт-терапия. И почему это всё так популярно в среде психологов. Мне казалось, что если в статьях о гештальт-психологии я ничего интересного не могу уловить, то это только потому, что это статьи не самого автора учения. Уж он-то наверняка изложил бы так, что дух бы захватило. А чтобы наверняка, я решила прочесть именно автобиографическую книгу, ожидая, что в переплетении личных событий жизни автора и основ его теорий я увижу как раз самую суть.

И таки что я могу сказать?

Collapse )

Радостно

Терминология гештальта

Я считаю себя неплохим знатоком психологических и психотерапевтических учений, однако проникнуться знанием гештальт-терапии мне никак не удаётся. Это тем более обидно, что все психологи в нашем городе поголовно пишут о себе, что они гештальт-терапевты. А я не понимаю, что они имеют в виду!
Конечно, возможно, в гештальт-терапии просто нет ничего такого, что я могла бы отнести именно к этому учению. Все используемые там идеи я уже тысячу раз встречала в других местах - у фрейдистов, в дианетике, у Грофа и т.д. Но надо ведь всё-таки разобраться, вдруг я чего не понимаю?
Collapse )

Большие, которые будут становиться малыми

Какое-то время назад компания вышла на большой рынок с большими возможностями и начала пробовать себя в разных его сегментах. В условиях растущего рынка получалось практически всё и компания мыслила себя полноправным его представителем – с продуктовым портфелем "от и до".

Но прошло время, и компания не попала в пятерку самых крупных компаний отрасли, заняв прочное место во втором или даже третьем эшелоне. Что делать дальше? Ответ дан достаточно давно: при невозможности получить эффект от масштаба надо дифференцироваться. Или умирать. Умирать, конечно, тоже можно по-разному: либо просто уйдя с рынка ни с чем, либо более–менее успешно продав себя (т.е. свою долю рынка и клиентов) более крупному бизнесу. Но других вариантов – не было и не будет. Потому как здесь не только экономические законы, но и человеческая природа (поведение потребителей) играет свою роль. Но, к сожалению, бизнес это понимает и принимает очень долго и сложно.

Когда ты начала строить большой дом, но выстроив первый этаж перезжаешь, не закончив его, в маленькую и пусть даже комфортную квартиру – всегда немного обидно. Даже не немного, а очень обидно. Ведь какими заманчивыми были перспективы и мечта начала сбываться. И такой же переход в бизнесе, когда ты делал одно, другое и третье, когда ты был "вместе с большими" и конкурировал за большой кусок рыночного пирога – тоже болезненен. И многие считают, что этот переход (дифференциация) – это капитуляция в конкурентной гонке. Но это не так.

Как я уже неоднократно присал, как писали во многих книгах и как разсказывали многие практики – дифференциация и узкая специализация далеко не всегда несут за собой сокращение доходов. Их следствие – это сокращение оборота, но рост маржи. Но с этим очень сложно свыкнуться психологически: как же так, было 200, а стало 5... Но это – далеко не всегда движение назад. Чаще – это движение к стабильности и комфортному ведению бизнеса. Но обычно всё происходит по-другому.

Оказавшись в роле потенциального лишнего на рынке компании и предприниматели начинают наращивать ассортимент, чтобы зацепиться за рынок как можно широко. Но это никогда не помогало. Более того, об этом постоянно пишут: наращивание ассортимента ведет к минимизации эффекта от масштаба – т.е. в реальности ситуация только ухудшается и бизнес просто забивает гвоздь в свою могилу. Сокращение ассортимента при сокращении продаж – это шаг всегда смелый и, кажется, противоположный рациональному... Но это и есть первый шаг к процессу дифференциации, к процессу "обретения себя" на рынке. Да и в жизни.

Конечно, сам подход – не панацея. И дифференцироваться надо правильно и вовремя. Но если ты не обладаешь масштабным производством, не интегрирован вертикально и не входишь на развитом рынке в лидеры – иного выбора нет. Остается лишь вопрос на чем дифференцироваться и где искать добавленную ценность и стоимость. И здесь часто начинаются ломки.

Проблема в том, что про возможности дифференциации думают параллельно с вами еще десятки или даже сотни рыночных игроков, осознанно или нет. И чем ваша ниша уже – тем меньше конкурентов вы в ней встретите и тем больше времени у вас будет на то, чтобы набраться в ней компетенций и стать экспертом. Т.е. тем дешевле для вас будет процесс перестройки. Хотя он будет и сложнее. Знания получать быстрее и проще, если они сфокусированы. Если ценностное предложение "четкое" и если их количество – минимально.

Но и это еще не всё. Совершенно новый подход к коммуникацинным возможностям бизнеса дает еще одну странность: чем уже ваш фокус, тем шире ваша аудитория - географически. Пока ты делаешь банальные вещи – ты ограничен локальным рынком, где можешь максимизировать свои преимущества. Чем уникальнее предложение – тем шире география. Вплоть до глобального рынка. Проблема лишь в фокусе.

И это только кажется, что из большого и "полноассортиментного", сфокусировавшись и дифференцировавшись ты превратишься в маленького, незаметного и неудачного. Да, вероятнее всего, ты пропадаешь из зоны видимости тех, кто играет по общим правилам. Но это не значит, что вы проиграете. Тем более, в долгосрочном периоде.

Процесс, когда бывшие большие начали становиться малыми, начался уже давно, еще 10 лет назад. И каждый кризис подталкивает следующую "партию" крупных компаний сфокусироваться на чем-то уникальном. Далеко не всегда на глобальных проектах. Иногда достаточно и быть "лучшим среди местных"... Вариантов много и у каждой компании свой уникальный путь, который порой сложно даже представить с "жирные" годы. Но такой переход – еще и шанс обрести любимое дело, в котором можно стать лучшим. А это уже не громадные прибыли, а долгие годы счастливой жизни....

Варяг

Украинский кризис с точки зрения пассионарной теории этногенеза Льва Гумилева

Несмотря на шок, который весь мир испытывает от событий на Украине и вокруг неё, многие писатели и учёные их предсказывали. А теория Льва Гумилёва так и вовсе по пунктам объясняет всё, что сейчас происходит


Август 2014-го. Донецк. Каких-то полгода назад такие страшные картины существовали только в головах писателей. И учёных...

Недавно прочитал изданный в 2009 году фантастический роман Глеба Боброва «Эпоха мертворождённых». Да фантастический ли?.. Когда сегодня я просматриваю новостную ленту о событиях на Украине, меня не покидает чувство, что я продолжаю чтение этого романа. Ибо луганчанин Бобров описал войну между Новороссией (в романе она названа «Восточной Малороссией») и Украиной. Причём некоторые подробности разительно похожи на реальные события. Кстати, в недавнем интервью Бобров с сожалением признал, что события развиваются по предсказанному им сценарию.

И если бы в роли пророка выступил только Бобров… В последние годы вышло сразу несколько книг – и публицистических, и художественных – на эту тему.

Конечно, разбирающийся в вопросе человек мог всё это предсказать. В том числе и потому, что в нынешнем украинском кризисе задействованы законы этногенеза (процесса зарождения, развития и распада этнических общностей, этносов), которые сформулировал Лев Гумилёв, а интуитивно ощущают многие. (Между прочим, премьер-министр ДНР Александр Бородай – сын друга и последователя Гумилёва философа Юрия Бородая. Многозначительное совпадение…) Во всяком случае, положения теории Гумилёва помогают разобраться, что сейчас происходит на Украине и вокруг этой страны.

– Самые тяжёлые моменты в жизни этноса (а значит, и в жизни людей, его составляющих) – это смены фаз этногенеза, так называемые фазовые переходы. Фазовый переход (переход из одной фазы в другую. – Прим. авт.) всегда является глубоким кризисом, – говорил учёный, автор пассионарной теории этногенеза (ПТЭ).

По Гумилёву, этнос – это прежде всего одинаковый стереотип поведения, отличающий его от других этносов по принципу «свой – чужой». Изменение уровня пассионарности этноса в течение фазового перехода заставляет его части менять эти стереотипы. Тогда наступает раскол этнического поля. Очередной такой раскол наш этнос и переживает сегодня. Зримо он проявился в 1991 году, с развалом СССР. Плоды его мы пожинаем и сегодня, и не только на Украине.

Как на территории Западной Украины образовалась химера

Фазовый переход не всегда, но часто сопровождается расколом этнического поля. Для Российского (тогда ещё Восточнославянского) суперэтноса первый такой раскол произошёл чуть ли не в момент его рождения от пассионарного толчка XIII века, когда мир Древней Руси был разорван между Литвой и монголами. Тогда-то и образовались великороссы, а также малороссы и белороссы – этносы единого Российского (или иначе – Евразийского) суперэтноса, оказавшиеся в чуждом католическом окружении. И отношения между великороссами, с одной стороны, и двумя этими этносами – с другой (хотя тогда они все называли себя русскими) – были не всегда братскими. Достаточно вспомнить, что белорусы перерезали русских раненых после Куликовской битвы, а про запорожских казаков во время Смуты на Руси пели песню: «Запороги – вороги».

Галицко-Волынское княжество (территория нынешней Западной Украины) пыталось отколоться от Русского мира ещё в пору распада Восточнославянской общности. С тех пор Галиция до 1939 года, когда она была присоединена к СССР, никогда не входила в состав России. Тем не менее многие галичане, находясь в составе Австро-Венгрии, отстаивали своё право говорить «на правильной московской мове» и называться русскими. В годы Первой мировой войны австрийцы устроили настоящий этноцид, расстреливая прорусски настроенных галичан и тысячами загоняя их в концлагеря.

Так на территории Западной Украины окончательно сформировалась так называемая химера – этническая форма и продукт контакта несовместимых (имеющих отрицательную комплиментарность, то есть отношение друг к другу) этносов, принадлежащих к различным суперэтническим системам.

Лев Гумилёв говорил:

– Вы знаете, вот между поляками и украинцами нет комплиментарности, комплиментарность отрицательная. На наш взгляд, они казались, эти украинцы (особенно западные), очень похожими на поляков. Но как они друг друга ненавидели!

Гумилёв сравнивал химеру с коммунальной квартирой – когда под одной крышей (на одной территории) вынуждены проживать люди, многие из которых друг другу неприятны.

Как химера породила антисистему

За последние 23 года химера, образованная на территории Западной Украины, в той или иной степени распространилась на территорию всей страны. Бывших русских, называющих себя «украинцами», которых тянет на Запад, из года в год становилось всё больше. И в итоге – сегодня именно они пришли к власти. В целом на Украине столкнулись два суперэтноса с отрицательной комплиментарностью – Российский и Европейский.

«Когда два разных (этнических. – Прим. ред.) ритма накладываются друг на друга, – писал Гумилёв, – возникает своего рода какофония, воспринимаемая людьми как нечто противоестественное, что в общем-то и правильно. Но тогда люди начинают не любить вмещающую их географическую среду, искать выхода при помощи строгой логики и оправдывать свою ненависть к миру, устроенному так неудобно».

Это часто проявляется в мятежах и войнах, ведущихся порой со страшной жестокостью, что доказала, скажем, Волынская резня 1943 года, когда украинские националисты из ОУН уничтожили десятки тысяч этнических поляков (и не только их). Это доказывают и сегодняшние события – только уже не на Западе, а на Востоке Украины.

Иногда химеры порождают антисистемы. Что это такое? Подробно об этом феномене мы писали в «НВ» от 11.09.2013, а вкратце можно сформулировать так: антисистема – системное сообщество людей с негативным мироощущением. И на Украине антисистема появилась. Как всегда, в разных обличьях, но с одной сутью – стремлением к разрушению.

– Антисистема вытягивает пассионарность из этноса, как вурдалак, – отмечал Лев Гумилёв. – Её цель – не созидание, то есть усложнение системы, а упрощение, то есть перевод живого вещества в косное, косного – путём лишения формы – в аморфное, а это последнее легко поддаётся аннигиляции, являющейся целью поборников антисистемы.

Самой первой антисистемой на Украине было униатство. И, конечно, оно до сей поры сохраняет свой негативный потенциал. Даже в Ватикане к нему относятся с подозрением. Окормляемые униатами оуновцы совершали во время и после Великой Отечественной войны страшные преступления. А теперь за ними тянется «Правый сектор» – тоже типичная антисистема.

Что противостоит химере и антисистеме

Однако есть фактор, до сих пор поддерживающий Российский суперэтнос в относительной целостности. По Гумилёву, это православие. Не только православная вера сама по себе, но и православная культура. Это удержало русский этнос от распада в XIII и XVII веках, возможно, удержит и теперь.

– Крещение дало нашим предкам высшую свободу – свободу выбора между Добром и Злом, а победа православия подарила Руси тысячелетнюю историю, – говорил Гумилёв.

Collapse )

Гумилёв яростно отрицал всяческий национализм:

– Мало сказать, что любой национализм слеп. Надо всячески разоблачать его вредоносную сущность, его коварные приёмы психологической обработки. Конечно, как и во всех сферах жизни, на национальных отношениях сказались перекосы сталинистской политики, издержки застойного времени. Однако не будем закрывать глаза на то, что и сегодня есть группы людей, заинтересованных в сохранении межнациональных трений, готовых ради своей выгоды покуситься на святая святых – дружбу народов.